Борис Вишневский — о том, как он провёл 28 января (вызволяя людей из полиции)

Вернулся домой после нескольких часов, проведённых в разных отделах полиции. Мои предположения оправдались: власть не стала устраивать шоу с массовыми задержаниями участников акции сторонников Навального. В итоге задержаний было не более полутора десятков, причём большую часть людей отпустили достаточно быстро.

В офисе Петербургского «Яблока» на Шпалерной, 13 и в «Группе помощи задержанным» на Достоевского, 34 было, как и всегда, организовано дежурство, информация поступала оперативно и было понятно, что делать и куда ехать.

Днём я был в больнице у Гриши Михнова-Вайтенко, получил сигнал, что первых задержанных повезли в 76 отдел полиции на Мытнинскую и поехал туда.

Дмитрия Мякшина, того самого, кого я защищал, когда его обвинили в «нападении на полицейского» на акции 12 июня, и Богдана Литвина отпустили быстро и без протоколов. Матери отдали несовершеннолетнего Дьяконова.

Оставались Елена Головина, тоже несовершеннолетняя, и швейцарский журналист Антуан с радио «Свобода», который говорит по-русски, но к которому полиция требовала переводчика. Полиция сообщила мне, что Головину уже отдают матери, а журналиста отпустят, как только опросят, и что никаких протоколов на них не составляют, а задерживали всех якобы только для установления личности. Что мешало установить её на месте — непонятно.

Далее мы с Дмитрием Кирпичевым, членом «Яблока», который привёз задержанным еду и воду, и очень здорово, что у него была машина — это ускорило перемещения, поехали в 78 отдел полиции на Чехова.

Там было двое задержанных: волонтер штаба Навального Александр Кирпичев и Артём Гончаренко из «Весны». Полиция сообщила, что их опрашивают, чтобы установить личность, и что никаких нарушений им не вменяют. Потом оказалось, что Кирпичеву всё-таки составили протокол по ст. 20.2. Пока мы ждали освобождения задержанных, поговорили с ребятами, которые приехали их поддержать, все очень молодые и очень толковые.

Первым отпустили Гончаренко, потом, когда мы вышли на улицу, отпустили и Кирпичева. Как раз к этому времени подошла от «Галереи» одна из колонн шествия и устроила небольшую акцию протеста прямо на глазах полиции. Но никого не задержали, что очень хорошо.

Пока ждали, из чата ГПЗ пришло сообщение, что ещё четырёх человек задержали на площади Восстания и везут куда-то во Фрунзенский район. Мы уже были готовы стартовать, как пришла весточка, что их отпустили.

После ребята попросили меня узнать, где находится координатор штаба Навального Денис Михайлов — вестей от него не было несколько часов. В УМВД по Центральному району мне сообщили, что в отделах полиции района его нет. В справочной ГУВД ничего не сказали, как и по 112. Позвонил главе пресс-службы ГУВД Вячеславу Степченко и через час получил ответ, что его среди задержанных на данный момент нет. Но потом узнал, что за полчаса до этого его выпустили, а был он в 2 отделе полиции Адмиралтейского района.

Наконец, из ГПЗ сообщили, что в 33 отделе полиции находится Михаил Лейн, — и мы поехали на пр. Космонавтов. Но там его не оказалось. По всей видимости, возникла какая-то путаница.

На том можно было боевое дежурство заканчивать. 26 марта и 12 июня все было куда дольше и куда хуже. Сейчас явно пришла команда «не мочить». Почему — неважно. Главное — результат. Потому что люди имеют право выйти на улицу и сказать то, что они думают. При том, что я совершенно не согласен с теми, кто поддерживает идею бойкота выборов.

Только участием в выборах можно что-то изменить в стране. Те, кто не ходит голосовать, только помогают власти сохраниться. И да, выборы — это не всегда смена власти. Но это всегда способ заставить власть поменять политику. Способ давления на неё.

Чем больше людей приходит на выборы и голосует за оппозицию, тем это давление сильнее и результативнее.

Вконтакте:

Facebook: