Борис Вишневский: Сыск по списку. Полиция ведет политический надзор за неблагонадежными гражданами, не совершавшими правонарушений

В двадцатых числах января перед массовыми акциями протеста в Петербурге домой к «яблочникам» Владимиру Молодожене, Вадиму Ваганову, Юрию Багрову и Сергею Трошину, к муниципальному депутату от «Яблока» Максиму Халимовскому, политическому активисту Дмитрию Николаеву, журналисту «Медиазоны» Давиду Френкелю и юристу «Апологии протеста» Варваре Михайловой приходили полицейские. В том числе участковые уполномоченные. Они зачитывали некие «предупреждения о недопустимости нарушения статьи 20.2 КоАП РФ» (нарушение порядка проведения публичных акций) и требовали расписаться или записать процесс на видео.

Никаких объяснений, почему они пришли, полицейские не давали. Как не объясняли, и на какую норму закона они опираются. Максимум, что сообщалось, что сведения поступили «из управления».

Заметим: ни Молодоженя, ни Ваганов, ни Николаев, ни Багров, ни Халимовский никогда не получали никаких административных наказаний за нарушение порядка участия в публичных мероприятиях. Хотя даже если бы и получали — факт привлечения к административной ответственности вовсе не является основанием для посещения граждан с некими совершенно «внепроцессуальными» бумагами, а требования с чем-то ознакомиться и подписать никак не являются законными.

Я написал начальнику Главного управления МВД по городу и области генерал-лейтенанту Роману Плугину, прося сообщить, на каком, собственно, основании совершались эти «посещения».

Отметил, что, по моему мнению, они связаны не с тем, что граждане известны как злостные нарушители закона, а исключительно с их политической и общественной деятельностью и политическими взглядами. И что, по моему мнению, отвлечение сил сотрудников полиции, в особенности участковых уполномоченных, на действия, не предусмотренные законом, лишь осложняет работу подчиненных Плугина,


не способствует борьбе с преступностью и защите прав граждан и является пустым и необоснованным расходом служебного времени.

Вместо Плугина мне ответил заместитель начальника полиции по охране общественного порядка полковник Дмитрий Веселов.

И сообщил, что основанием для «посещений» указанных и других граждан являются некие «списки лиц, причисляющих себя к организациям протестного толка, деятельность которых может способствовать нарушению общественного порядка», поступившие в районные управления МВД из Центра по противодействию экстремизму (Центр «Э»).

И «в рамках изучения этих списков в связи с возможным осложнением оперативной обстановки, связанной с подготовкой несогласованных публичных акций», было организовано «проведение профилактических мероприятий по недопущению указанными лицами противоправных действий».


На мой взгляд, налицо прямое доказательство того, что полиция занимается политическим сыском. В отношении граждан, которые не нарушали закон и не «привлекались».

Первое. Что за понятие «организации протестного толка», которого нет в законодательстве? И какие организации Центр «Э» к таковым относит?

Он считает такой организацией партию «Яблоко» — полагая, что к ее членам можно приходить домой для «профилактических мероприятий»? К какой «организации протестного толка» может «относить себя» журналист Френкель? А юрист Михайлова?

Кстати, в своем ответе полковник Веселов ссылается еще на такое основание для «посещений», как «осуществление участковыми уполномоченными полиции профилактического обхода». Что называется, не смешите мои тапочки.


С какой, собственно, стати проводить «профилактику» в отношении тех, кто не нарушал закон?

Замначальника Челябинского центра «Э» устроил провокацию во время акции 31 января, а затем составил рапорт на свою жертву

Второе. Где законные основания для составления каких-либо «списков лиц, причисляющих себя к организациям протестного толка»? И, кстати, как Центр «Э» определяет, что эти лица сами себя к этим организациям «причисляют»? Он их опросил, и они подтвердили? Есть заявления этих лиц о вступлении в эти организации?

Третье. Как в эти списки могут попасть лица, даже не привлекавшиеся к административной ответственности? С какой стати полиция вправе предупреждать их «недопущение противоправных действий»?

Все эти вопросы я задал начальнику Центра «Э» — ему отправлено официальное письмо на депутатском бланке. С интересом жду ответа.

На мой взгляд, налицо ситуация, когда полиция составляет списки политически неблагонадежных граждан.

Единственной претензией к которым являются их политическая деятельность и политические взгляды.

И присваивает себе право заниматься в их отношении «обходами», «профилактикой» и выдачей «предупреждений», не предусмотренными законом.

Превращаясь из правоохранительных органов — в охранку.

Да, с подобным мы встречаемся не в первый раз. В частности, в 2017 году в Петербурге, после протестной акции на Марсовом поле, полицейские тоже ходили по домам, — но тогда они приходили в «профилактических» целях к тем, кто был задержан и оштрафован или получил административный арест. А теперь приходят к тем, кто никаких нарушений не совершал и наказаниям не подвергался…

Однако стоит напомнить примечательную историю почти 11-летней давности, когда домой к известному юристу, ныне — члену Городской избирательной комиссии от партии «Яблоко» Ольге Покровской, пришел участковый уполномоченный и заявил, что она состоит у него на некоем учете. Правда, отказался сообщить, что это за учет и кто и почему Покровскую на него поставил.

В ответ на обращение к тогдашнему начальнику ГУВД Петербурга и области Покровская получила феерический ответ: да, она состоит на учете «в качестве лица, входящего в неформальные молодежные объединения экстремистского толка», а поставлена на учет была «в соответствии с информацией, поступившей из Центра по противодействию экстремизму ГУВД по Санкт-Петербургу и Ленинградской области».

Покровская обратилась в суд, с требованием признать незаконной ее «постановку на учет». Указав, что ни в каких формальных или неформальных молодежных объединениях (у нее уже тогда было двое маленьких внуков), а тем более экстремистского толка, не состоит и никогда не состояла.

В судебное заседание был представлен список, составленный Центром «Э», где фигурировали 128 человек, «склонных к экстремистской деятельности, участников неформальных молодежных объединений, движений».


Покровская значилась в этом списке как «причисляющая себя к группировке «Яблоко» (!).

Суд Ольга Покровская выиграла — судья в своем решении не оставил от доводов полиции камня на камне. В частности, язвительно указав, что из представленных документов «не усматривается, о какой группировке «Яблоко» идет речь» и что в суд так и не представили никаких доказательств законности этой «постановки на учет».

Так что судебный прецедент признания подобных действий незаконными уже имел место.

И не исключено, что те, кого сейчас включают в «списки неблагонадежных», тоже будут отстаивать в суде свое право не значиться в этих списках.

Оригинал публикации: «Новая газета»

Фото: xload/depositphotos

 

Вконтакте:

Facebook: