«Петербургский формат»: Михаил Амосов за раздельный сбор и поименное голосование

Михаил Амосов вернулся в Мариинский дворец после 8-летнего перерыва и вновь, как на заре своей политической деятельности занялся решением экологических проблем города, которых сегодня не меньше, чем на рубеже 1980-1990 годов.

— Михаил Иванович, как вы относитесь к такому дежавю?

— Нормально. Сейчас, как и в 1989 году, я понимаю, что экология города нуждается в защите и вижу, как можно сделать город чище, здоровее, комфортнее.

— Мы к этому еще вернемся. А пока расскажите, пожалуйста, о себе. Как пришли в политику и зачем?

-В конце 1980-х годов трудовой коллектив университета, где я трудился на географическом факультете, выдвинул меня кандидатом в депутаты Ленсовета. Тогда существовала такая процедура, кандидатов на выборные должности выдвигал коллектив. Это была эпоха перестройки, впервые в Советском Союзе проходили реальные выборы, была большая конкуренция, в моем избирательном округе конкурировали 11 кандидатов. Я победил в двух турах и стал депутатом, как выяснилось позже, первого демократического Ленсовета. Депутаты тогда работали на общественных началах, поэтому я продолжил свою профессиональную деятельность на геофаке ЛГУ и одновременно работал в Ленсовете. Моя первая должность в этом органе власти – заместитель председателя комиссии по экологии, которую мы тогда только-только создали.

— И чем занимались экологи в Ленсовете?

— Прежде всего, мы много времени уделяли развитию системы канализации в нашем городе, работе ГУП «Водоканал», состоянию очистных сооружений. А еще я был докладчиком по учреждению первых особо охраняемых территорий в Петербурге. Благодаря нашей комиссии в администрации появился комитет по природопользованию, охране окружающей среды и экологии. Его раньше не было. Считалось, что экологию нужно контролировать, этим занимался природнадзор, а хозяйственной деятельности в этой сфере не может быть. В 1993 году коллеги по парламенту выдвинули меня на должность председателя комиссии по градостроительству и земельным вопросам. И тогда мы организовали конкурс на лучшую концепцию генерального плана города. К сожалению, это дело надолго застопорилось, в октябре Ленсовет был распущен. Затем с 1994 года я трижды избирался депутатом Законодательного собрания по одномандатному округу на Гражданке, где я живу. В третьем созыве меня опять выбрали председателем комиссии по градостроительству, землепользованию и земельным вопросам. И тогда удалось довести до конца работу над генпланом. Время было уже другое, разработкой занималась исполнительная власть, но мы ее сильно подталкивали. В 2005 году был принят новый генплан, кажется, 19-ый со дня основания города, но первый в виде закона. Опираясь на закон о генеральном плане, можно было пойти в суд и пожаловаться на неправильные решения правительства в части градостроительства. И в городе было один или два случая, когда горожане смогли отменить постановление правительства, принятое в нарушение генплана. Теперь в Смольном знают: нарушать этот документ нельзя.

— Депутаты Ленсовета еще не были профессиональными политиками. Как вы пришли в политику?

— В 1992 году с товарищами по Ленсовету мы решили создать региональную партию. Она называлась «Центр» и позже в полном составе вошла в созданную на федеральном уровне партию «Яблоко». Так что я в этой партии с первого дня, никогда ей не изменял. В 2007 году выборы в городской парламент проходили по новым правилам – партийным спискам. Список «Яблока» не был допущен до выборов, на мой взгляд, под надуманными предлогами. Мы были неудобны для власти, боролись против Охта-Центра и многих других нарушений, которые допускались чиновниками. И было принято политическое решение нас не допускать. В связи с этим я перестал быть депутатом. Поскольку я никогда не порывал с университетом, то благополучно вернулся туда на полную ставку и преподавал с 2007 года по 2016 год. В 2011 году я опять участвовал в выборах, и уже было объявлено, что я депутат, но потом прошел тур неких махинаций, после чего горизбирком лишил меня мандата. И вот теперь, по прошествии двух сроков, я вернулся в ЗакС.

— И снова взялись за решение экологических проблем…

— Так получилось, что я опять вошел в состав комиссии по экологии. И если брать только эту часть моей депутатской деятельности, то я ставлю перед собой несколько задач и главная из них – ликвидация свалки в поселке Новоселки. Кроме того, я очень хочу, чтобы в нашем городе появилась система раздельного сбора мусора, настоящая, работающая по всему городу, которая бы создавала стимулы для раздельного сбора, чтобы фракции, годные для переработки отделялись и сразу отправлялись на перерабатывающие предприятия. Я примерно представляю себе, как это сделать. Задача это не простая, заниматься ею должен губернатор, но мы будем подталкивать власть и создавать соответствующие механизмы. Это должна быть не просто кампания, это должна быть система. Потому что в Европе сегодня примерно половина мусора таким образом отделена, а это значит, что на свалки вывозится в два раза меньше отходов. Та же свалка в Новоселках могла быть в 2 раза меньше, если бы мы не выбрасывали туда пластиковые бутылки, картон, стекло и другие материалы, которые можно переработать. Кроме того, на свалку не попадали бы опасные отходы, типа батареек, галогеновых ламп и прочего, а это сегодня происходит. И соответственно влияет на экологию города и здоровье петербуржцев.

— Вы уверены, что вам удастся чего-то добиться в парламенте, где большинство представляет партия власти? Например, все поправки к бюджету депутатов от оппозиции были отклонены…

— Вы правы, ситуация непростая, но я не исключаю, что мы будем находить точки соприкосновения. Весь прошлый созыв мы боролись с поправкой БФК и сегодня в том виде, как она существовала предыдущие 5 лет, ее нет. К сожалению, она пока осталась, и мы еще проанализируем, есть ли там такое безобразие, как выделение средств на разные фондики. На первый взгляд, нет.

Кроме того, оппозиция свою работу делает, беспокоит исполнительную власть и «Единую Россию». Мы добиваемся большей открытости власти, большей подотчетности людям, большей демократичности. Это архисложная задача с учетом состава нашего парламента, потому что оно заточено под другое, чтобы поддакивать власти, голосовать, ни о чем особо не задумываясь. Но у нас есть некая возможность публично заявлять свою позицию. Пусть наши поправки отклонили, но мы приводили аргументацию и комитет финансов наши замечания зафиксировал, возможно, в будущем учтет их при подготовки следующего бюджета. Так что власть понимает и принимает наши замечания. Может быть не так открыто, и не так глубоко, как бы нам хотелось.

Мы также ставим еще одну важную политическую задачу: будем добиваться, чтобы все голосования в ЗС были поименными. Мы, конечно, и так знаем, кто как голосует, но надо, чтобы об этом знали горожане, чтобы результаты голосования выставлялись на сайте, чтобы все всё видели.

Вконтакте:

Facebook: