Борис Вишневский объяснил, почему Полтавченко был равнодушен к Петербургу

На выборах губернатора Петербурга — они пройдут в сентябре 2019 года — впервые за долгое время может появиться интрига. О своем желании баллотироваться уже заявили Оксана Дмитриева и Ксения Собчак. Но первым о своих планах выдвинуть кандидатуру на пост губернатора заявил Борис Вишневский.

«Не ваше дело обсуждать барские приказы»

— Этим летом — еще до отставки Полтавченко — вы заявили о планах выдвинуть свою кандидатуру на пост губернатора Петербурга. Какое событие вас к этому подтолкнуло?

— Мы обсуждали в эфире радиостанции «Эхо Москвы» в Санкт-Петербурге» ситуацию с выборами мэра Москвы. Напомню, никто из оппозиции тогда не смог участвовать в них (выборы состоялись 9 сентября 2018 года. Оппозиционные кандидаты Илья Яшин и Дмитрий Гудков не прошли так называемый муниципальный фильтр, то есть не смогли собрать нужное количество подписей муниципальных депутатов, чтобы получить допуск к участию в выборах. — Ред.). Мы говорили, что подобное не должно произойти в Петербурге. Тогда журналисты меня спросили — готов ли я сам участвовать в выборах губернатора. Я ответил, что готов. Каждый день сталкиваюсь с огромным количество городских проблем и зачастую оказываюсь первым, кому звонят и просят помочь. И все чаще ко мне обращаются люди, говоря, что хотят, чтобы я баллотировался на выборах губернатора, и что они меня поддержат.

Последние семь лет работы в Законодательном собрании дали мне серьезное понимание того, что происходит в городе и почему многие проблемы в Петербурге не решаются.

— И почему они не решаются?

— Причина в том, что городская власть не чувствует себя зависящей от граждан. Губернатор понимает, что своим местом обязан президенту, соответственно, ему важно только то, что тот о нем думает. Губернатор не чувствует себя слугой народа. У него единственный избиратель — и это президент. Отсюда возникает огромное количество конфликтов: власть принимает решения, противоречащие интересам горожан, те начинают протестовать. А им отвечают: все согласовано, и вообще не ваше дело обсуждать барские приказы.

При этом я не считаю Георгия Полтавченко каким-то плохим человеком или коррупционером. Он был просто равнодушен к Петербургу, чувствовал себя временщиком. Полтавченко понимал, что в любую минуту его могут перекинуть на другую работу, а значит, нет необходимости прочно врастать в город, затевать крупные проекты, которые еще нескоро дадут результат. Это абсолютно советская психология, когда партийная номенклатура перебрасывалась с одного места на другое вне зависимости от профессиональной пригодности.

— У Валентины Матвиенко тоже была психология временщика?

— В гораздо меньшей степени, как ни странно. Да, она совершала много ошибок, но в равнодушии ее точно нельзя обвинить.

А вот нынешний и. о. губернатора, как мне кажется, тоже чувствует себя временщиком. Он не знает, что с ним будет дальше.

«Понимаю, в какой стране живу»

— Вы верите, что эти выборы можно выиграть?

— Верю. Но главной проблемой являются не сами выборы, а пресловутый муниципальный фильтр. Я уже веду переговоры с муниципальными депутатами и у некоторых из них вижу понимание. Конечно, оппозиционных депутатов в муниципальных образованиях очень мало. Так прошли выборы 2014 года... Несколько депутатов у Партии Роста и «Справедливой России», у «Яблока» их нет вообще... Но я не исключаю, что для членов парламентских партий муниципальный фильтр может быть вообще отменен. С этой инициативой уже выступали Центральная избирательная комиссия и партия «Яблоко».

А еще я не исключаю, что к выборам может серьезно измениться настроение муниципальных депутатов, которые формально почти все избраны от «Единой России». Мне кажется, что после последних региональных выборов и реакции общества на повышение пенсионного возраста многие из них начали понимать, что этикетка «Единой России», которая раньше поднимала в политике вверх, как воздушный шар, сегодня превращается в камень на шее. И кроме того, они тоже начнут понимать, что нужна политическая конкуренция, если мы не хотим оказаться в тупике.

— Зачем им политическая конкуренция? Они уже сидят на хороших местах...

— Во-первых, не такие уж хорошие у них места. А во-вторых, муниципальные депутаты сталкиваются с теми же проблемами, что и мы с вами. У них под окнами могут построить скоростную дорогу, начать уплотнительную застройку. Или вообще их могут выкинуть из дома и переселить в какой-нибудь человейник на окраине в рамках программы реновации, как это было в Москве.

Желание перемен может прийти к части политической элиты, как это уже было 30 лет назад. Среди этих людей уже есть немало тех, кто мечтает о других правилах игры, кто хочет понимать, что будет завтра, кому надоело зависеть от случайного настроения стоящего над ним начальства. Сегодня, если в Москве на кого-то осерчали, то представители элиты регионального уровня в любой момент могут оказаться за решеткой. Как вы думаете, они в этом заинтересованы?

— Как только оппозиционный политик в России становится более-менее авторитетным, против него зачастую возбуждают какие-то странные уголовные дела, арестовывают. Вы не боитесь этого?

— Я живой человек и понимаю, в какой стране живу. Естественно, я опасаюсь. Но у меня нет бизнеса, мои родственники не устроены на теплые места. Ко мне сложнее прицепиться. Конечно, я понимаю, что при необходимости у меня хоть завтра могут обнаружить дома чемодан с 10 килограммами наркотиков. Возможен любой беспредел. Но я стараюсь жить так, чтобы не давать ни малейшего повода для подозрений.

При этом попытки на меня надавить или как-то договориться возникают.

— Что вам предлагают?

— Прямо ничего не предлагают, только намекают. Как правило, это происходит, когда я начинаю выступать против каких-то строительных проектов. Мне объясняют, что если я не буду мешать, то мне будет гораздо лучше жить. После этого я обычно выставляю людей за дверь.

Слуга граждан или хозяин города?

— Ксения Собчак заявила, что тоже готова баллотироваться на пост губернатора. Что вы думаете об этом кандидате?

— Этот кандидат может появиться только в одном случае — если товарищи из Кремля захотят имитировать наличие оппозиции на выборах. Дело не в моем личном отношении к Ксении Анатольевне, которое достаточно скептическое. Дело в том, что ее публичная политическая позиция не дает ей право называться оппозицией. Она публично поддерживала повышение пенсионного возраста, в то время как вся питерская оппозиция выходила на митинги протеста. Во время президентской компании она заявляла, что не будет критиковать Владимира Путина, которому очень многим обязана. Разве такой человек имеет право называться оппозиционным кандидатом?

А еще я глубоко убежден, что претендовать на место губернатора в Петербурге должны люди, которые уже что-то сделали для горожан. В этом плане я с уважением отношусь, например, к депутатам Законодательного Собрания Оксане Дмитриевой или Алексею Ковалеву, которые участвовали в решении многих городских проблем, в отличие от Ксении Анатольевны. Помню, как она приехала в ноябре прошлого года на митинг в защиту науки, образования и культуры (его еще называли акцией в поддержку Европейского университета. — Ред.) Вышла на сцену в белом плаще, рассказала, что ее папа помогал создавать Европейский университет, потом села в черный мерседес и уехала вместе с охраной. Замечательно! Я понимаю, что папа помогал, но ты-то тут при чем? Мы два года боролись за университет и не видели ее участия в этой борьбе. Так же, как и в решении иных городских проблем.

— Предположим, вы выиграете выборы и станете губернатором. Какие проблемы будете решать в первую очередь?

— Я хочу, чтобы Петербург стал первым городом в стране, где в полном объеме исполнялась бы вторая глава Конституции Российской Федерации (Права и свободы граждан. — Ред.). Например, в Конституции записано право на благоприятную окружающую среду, на жилье, на бесплатное медицинское обслуживание и образование. Мне каждую неделю приходят просьбы помочь зачислить ребенка в школу или детский сад, или помочь с лечением, реабилитацией. У нас есть право на участие в формировании органов власти — попробуйте им воспользоваться. Есть конституционное право на доступ к культурным ценностям, но мы видим разрушающийся исторический центр. Проблемы города не решаются именно потому, что власть не считает нужным обеспечивать эти права. Я буду ставить перед собой задачу их реализации.

— Это очень масштабная задача, которая требует много денег. Например, в Конституции записано право на жилье. Вы всем раздадите квартиры?

— Нет, я не раздам всем квартиры. Но перед исполнительной властью будет стоять задача обеспечить это право на жилье. А дальше мы уже будем думать, где взять на это деньги. И я знаю где. Например, мы платим по 5 миллиардов рублей ЗСД (в 2017 году власти выплатили концессионеру ЗСД компании «Магистраль Cеверной столицы» 5,2 миллиардов рублей. Осенью 2017 года стало известно, что есть некое секретное соглашение между городским правительством и МСС. Согласно ему компания получает выплату, если доход от эксплуатации ЗСД будет менее 9,6 миллиардов рублей в год. — Ред.). То есть обеспечиваем компании гарантированную прибыль по секретному соглашению, которое депутатам не дают.

Идем дальше. Стратегические инвесторы получают в Петербурге без конкурса земельные участки, которые тоже стоят огромных денег. Если перестать это делать, предоставлять землю только по конкурсу — больше денег пойдет на жилье.

Я привел лишь несколько примеров, которые доказывают, что ресурсы всегда можно найти. Главное, чтобы было желание. И чтобы губернатор — как и вся система исполнительной власти, — вел себя, как слуга граждан, а не «хозяин города».

Беседовала Екатерина Дементьева

Оригинал публикации: https://spb.mk.ru/politics/2018/10/17/boris-vishnevskiy-obyasnil-pochemu-poltavchenko-byl-ravnodushen-k-peterburgu.html?fbclid=IwAR22R5nftvr5XOFF8X9LywMaU9WVbkhkYUDyJubn2M3YiZQHSZU2zIxy7p8

Вконтакте:

Facebook: