Подписи за Явлинского и «страшная тайна» Навального

07 февраля 2018, 13:57

Проверка подписей избирателей в поддержку Григория Явлинского как кандидата в президенты, показавшая лишь 1.07% брака (после чего ЦИК обязан его зарегистрировать), сразу же вызвала несколько скептических комментариев (форвардом которых явился Алексей Навальный) — от «их подписи на самом деле и не проверяли», и до «они не могли честно собрать столько подписей». 

Возможно, скепсис объясняется просто: ни один из скептиков не имеет (или почти не имеет) опыта сбора подписей в поддержку своего выдвижения. И, понятное дело, просто не понимает, каким образом этот процесс организован. 

За другие партии и других кандидатов отвечать не берусь, но «Яблоко» на выборах различных уровней собирало подписи в течение 25 лет (начиная с выборов в Госдуму в 1993 году). Собирало и побольше, чем 100 тысяч — «опыт, сын ошибок трудных», у нас имеется. 

В 2018 году для поддержки выдвижения Григория Явлинского кандидатом на должность президента России «Яблоко» собирало подписи в 81 регионе Российской Федерации. Подписи собирали более 3 тысяч сборщиков, чьи персональные данные были удостоверены нотариусом. В общей сложности, было собрано более 300 тысяч подписей. После тщательной проверки в региональных штабах в центральный штаб (в Москву, на Пятницкую улицу) было направлено 160 тысяч. 

Второй и очень жесткий этап проверки проходил уже в штабе «Яблока». При этом в проверке подписей принимали участие такие «внешние аудиторы», как Дмитрий Муратов, Андрей Заякин и Елена Дубровина (ранее — многолетний член Центризбиркома). За поступлением подписей из регионов и за их проверкой журналисты и общественные активисты (например, из «Голоса») могли наблюдать в режиме «нон стоп» — все было предельно открыто. Мы понимали, что подписи за Явлинского — в отличие от подписей за Путина, — будут в ЦИКе проверять буквально под лупой. И любое сомнение, возникшее у проверявших подписи специалистов (в том числе у привлеченных экспертов-почерковедов), становилось основанием для выбраковки подписей. 

В итоге в ЦИК были сданы 107 тысяч подписей, из которых 60 тысяч (из 74 регионов) были отобраны комиссией на проверку. В результате проверки — указанные 1.07% брака, и Григорий Явлинский должен получить статус зарегистрированного кандидата на должность президента России. 

И тут — накануне оглашения официальных результатов проверки подписей мы с изумлением узнали от Алексея Навального «страшную тайну»: оказывается, мы «вообще не собирали подписи», и он «думает, что штаб Явлинского подделал процентов 60 подписей». Точка. Конец цитаты из твиттера политика. И, к тому же «нет никаких тысяч сборщиков». 

Означает ли это, что упомянутые три тысячи сборщиков не существуют? Что не было людей, которые в Москве, Петербурге, Петрозаводске, Пскове, других городах приходили в региональные отделения «Яблока» и ставили свою подпись? Что процесс сбора подписей, который ежедневно «выкладывался» нашим штабом в социальных сетях, был фикцией? Что не было ни «яблочных» активистов, которые собирали подписи, ни сотрудников штаба, которые проверяли их? 

Между тем, я своими глазами видел, как «Яблоко» собирало подписи в Петербурге. Видел, как в офис партии на Шпалерной улице приходили люди, чтобы поставить подписи. Видел, как ставили свои подписи в поддержку выдвижения Григория Явлинского такие знаменитые петербуржцы, как Александр Сокуров и Олег Басилашвили, Ольга Старовойтова и Лев Каплан. Видел, как вносили в подписные листы свои личные данные и ставили подпись даже те, кто, мягко говоря, скептически относится к Явлинскому, но считают, что он имеет право участвовать в выборах. Видел, как проверяли эти подписи в Петербурге и в Москве. Видел, как не жалели сил и времени те, кто работает в избирательной кампании. Мне все это померещилось? 

Политик, заботящийся о своей репутации, не имеет права на бездоказательные обвинения в адрес оппонентов. И Навальный, заявивший о 60% якобы поддельных подписей за Явлинского, обязан объяснить, что именно привело его к этому выводу. 

Какой информацией он располагает и каков источник этой информации? Откуда такая цифра — 60% подписей подделано? Не 30%, не 50%, не 70%, не 58%, а именно 60%? Ему об этом анонимно сообщили из ЦИКа? К нему обратились люди, заявившие, что их подписи за Явлинского подделаны? Его люди были засланы в ряды сборщиков и намеренно подделывали подписи, чтобы теперь в этом признаться? А ведь подделка подписей избирателей — уголовное преступление: означает ли это их явку с повинной? 

Однако Навальный молчит, как пойманный на вранье школьник — и я понимаю, почему: нет у него никаких «источников» своей «информации». 

Соглашусь с Львом Шлосбергом: приставка «я думаю» перед утверждением о подделке 60% «яблочных» подписей избавляет Навального от судебного преследования. Но не избавляет от оценки его слов, как лживых и оскорбительных. Оскорбительных для тех, кто собирал подписи за Явлинского, кто их проверял в нашем штабе, и для десятков тысяч граждан, кто ставил эти подписи. И я хорошо понимаю тех, кто адресует сейчас Алексею Анатольевичу в Интернете весьма резкие выражения или пишет о серьезном разочаровании в нем. 

Увы: все более становится понятно, что (еще раз соглашусь со Шлосбергом): организаторы «забастовки избирателей» борются не с Путиным: они борются главным образом, с Явлинским и «Яблоком». Им нужно не поражение Путина, а как можно более тяжелое поражение демократов — чтобы сохранить это поле за собой. Надеюсь, после позорного «твита» Навального это станет ясно даже части его сторонников… 

Пользуясь случаем, хочу пояснить: конечно же, институт сбора подписей в том виде, в котором он используется в России, является репрессивным и служит, большей частью, цели отстранения оппозиции от выборов. 

«Яблоко» неоднократно заявляло о необходимости его реформирования – полной отмены или по желанию кандидатов замены избирательным залогом, не раз вносило соответствующие законодательные инициативы. 

Тем не менее, пока этот институт существует в своем настоящем виде, считаться с ним приходится всем, кто принимает участие в выборах. 

Приходится учиться собирать подписи, и делать это предельно тщательно — чтобы максимально затруднить власти задачу отстранения от выборов. 

И не надо думать, что регистрация по подписям невозможна: и «Яблоко» и другие оппозиционные партии и кандидаты много раз решали эту задачу, доказывали подлинность своих подписей. 

А если заранее считать, что «подписной» барьер непреодолим — надо опустить руки и вообще отказаться от борьбы. Отказаться от возможности провести своих депутатов разных уровней (которые потом станут важным и эффективным «инструментом» для решения проблем граждан). Отказаться от возможности если не кардинально сменить политику власти, то по крайней мере, серьезно на нее повлиять. 

Мы уверены, что бороться — надо. И в этой борьбе — как показывает опыт того же Шлосберга и его товарищей в Пскове, опыт наших товарищей в Карелии и Петербурге, Москве и Калуге, Костроме и Владимире, других регионах, — можно побеждать.

Вконтакте:

Facebook: